Гаррисон нехотя приблизился.

— Что случилось, мистер Стевенсон? — спросил он. Он старался говорить нейтральным тоном, но все же в голосе его чувствовалась глубокая неприязнь. Еще другой Докери, который мог доставить им большие неприятности!

Закрывая дверь, очень волновавшийся Стевенсон потерял равновесие и был вынужден ухватиться за правую руку Гаррисона. Это было отлично. Это была непредвиденная помощь. Задыхаясь, Стевенсон проговорил:

— Здесь находятся люди с пистолетами. Ради Бога, не двигайтесь!

— Что?

Гаррисон отступил, стукнулся о закрытую дверь и попытался освободиться от Стевенсона.

— Лейтенант Гаррисон, не шевелитесь!

— Этого достаточно. Дан! — бросил Паркер.

Гаррисон, потрясенный на мгновение, услышал свое имя, перестал бороться со Стевенсоном, осмотрелся и никого не увидел.

— Что тут происходит, во имя Господа Бога?

Паркер наставил свой автоматический пистолет на грудь Гаррисона.

— Рэ, отойдите налево! — приказал он. Стевенсон поспешно отступил, он сильно дрожал.

— Я не хочу, чтобы кого-нибудь убили. Я обещал, что им не будут чинить препятствий! Мы застрахованы, так что это ничего, они возьмут только деньги.

Гаррисон быстро сделал шаг вперед. Его рука лежала на кобуре, но не двигалась. Он внезапно увидел Кигана и нахмурил брови.

— Здесь, Дан, здесь пистолет, — сказал Паркер. Гаррисон быстро посмотрел в направлении голоса и увидел Паркера и его пистолет. Он не шевельнулся, но лицо его стало еще более жестким.

Киган, продолжающий наблюдать в зеркало, заявил:

— В той комнате проявляют любопытство.

Он хотел сказать, что несколько людей из соседней комнаты обратили внимание на странное поведение Стевенсона и заинтересовались этим.

— Дан, ложитесь лицом к полу, — приказал Паркер. — Не вынуждайте меня стрелять вам в коленную чашечку. Сегодня вечером я могу взорвать бомбу, и никто этого не заметит. Плашмя, на живот!